детектив · Бейкер-стрит, 1889
Правая рука Эдварда Кроссли
Муж уехал на ночь в Тилбери и вернулся правшой. Он всё помнит — это и страшно.
В дверь бьют мокрой ладонью — не костяшками, а всей рукой, как стучат люди, которым уже нечего беречь. За спиной у гостьи пустая улица: кэб в Мэрилебоне к трём часам ночи не берут, да и не на что.
На пороге женщина тридцати одного года в чужом мужском плаще поверх домашнего платья. Подол по колено в грязи, и грязь речная, серая, с песком: она шла пешком от Сеймур-плейс и где-то по дороге спускалась к воде.
«Хелен Кроссли. Три недели назад мой муж Эдвард уехал в Тилбери на одну ночь — принимать груз пеньки. Он вернулся утром, и с тех пор я живу в доме с чужим человеком».
Размер партии
Хребет истории одинаков на всех размерах, и финалы те же самые. Длиннее — больше настоящих зацепок и больше ложных следов.